Премьера фильма Александра Золотухина «Брат во всем» состоялась на Берлинале

0
122

На кинофестивале в Берлине состоялась мировая премьера российской картины «Брат во всем». Режиссер ее, Александр Золотухин, один из учеников Кабардино-Балкарской мастерской Александра Сокурова, на Берлинале уже второй раз. Три года назад молодой режиссер представил там дебют «Мальчик русский» о событиях Первой мировой войны. Действие новой картины разворачивается уже в мирное время, но герои его — люди военные. Режиссер рассказал «РГ», чем его заинтересовала история двух летчиков-близнецов.

В новом фильме вы опять заходите на территорию военных. Это дань отцу, военному летчику?

Александр Золотухин: Когда я учился у Александра Николаевича Сокурова, он рекомендовал нам составить список тем, которые в будущем хотелось бы реализовать. Чтобы, заканчивая работу над фильмом, понимать, чем заниматься дальше. У меня такой список есть, и я ему следую.

Конечно, тема военных мне близка, что называется, по крови. Как сын летчика, я детство провел в военных гарнизонах. Тогда это был еще Советский Союз, отец служил на Украине, в Беларуси, в Казахстане. И везде это были отдаленные маленькие гарнизоны. Например, мы жили в засекреченном казахстанском Приозерске, а в письмах в адресной строке указывали Приозерск в Ленинградской области.

Не думали стать летчиком?

Александр Золотухин: Я хотел, но не сложилось. Зато сейчас снял фильм про них. Армия, в данном случае ВВС, — место, где служат люди с особыми характерами, которые интересно показать на экране. У нас, например, в роли третьего главного героя, летчика-инструктора, снялся настоящий военный. Он не актер, но очень одаренный, мужественный человек с природной органикой. О таких, как он, нечасто говорят в контексте их каждодневной службы, связанной с риском: никто не знает, чем обернется полет, вернется ли летчик на землю. Особенности их характеров в экстремальных обстоятельствах службы для меня очень важны.

В "Мальчике русском" ощущалось влияние передвижников — а сейчас вы будто добивались отсутствия всякой художественности.

Александр Золотухин: Авиационная среда из детских воспоминаний у меня ассоциируется с документальной съемкой на пленку 8 мм. У отца была любительская камера, он снимал пейзажи, нас с сестрой, самолеты в небе. Потом родители дома вешали простыню, и мы смотрели это самодельное "кино". В цветокоррекции "Брата во всем" мы и пытались передать ощущение слегка выцветшей, со смягченными цветами пленки 8 мм.

Предполагалось много документальных съемок в летном училище, — и мы с оператором Андреем Найденовым решили, что весь фильм должен сохранять эту стилистику. Одной из наших с художницей Еленой Жуковой задач было найти художественное в повседневности.

На территории какого училища вы снимали?

Александр Золотухин: Краснодарского училища военных летчиков. Волновались, дадут ли разрешение. Добро в итоге получили — спасибо продюсеру Андрею Сигле и моему мастеру Александру Сокурову.

У нас нет компьютерной графики… Обвешивали техникой самолеты. Так что в кадре — реальные полеты

Читать также:  Туган Сохиев покинул пост руководителя Большого театра

В вашем фильме все полеты…

Александр Золотухин: …настоящие. У нас нет компьютерной графики. Мы консультировались с авиаинженерами. На заводе ЛОМО сконструировали специальные кейсы для камер. Обвешивали этой техникой самолеты. В кадре — реальные полеты.

А где нашли братьев-близнецов?

Александр Золотухин: Они окончили театральное училище, "Брат во всем" их дебют. Нам очень повезло с Колей и Сережей Журавлевыми. Кастинг был длительный и сложный. Пока искали актеров, открыли целый мир — оказывается, в соцсетях есть целые клубы, группы близнецов.

Братья Журавлевы повлияли на вашу историю?

Александр Золотухин: Наблюдая вживую за ребятами, я узнавал много нового о близнецах. Парни настолько хорошо знают друг друга, что могут общаться молча, обходясь жестом. Поэтому я уменьшил количество диалогов: интереснее показать, как братья слушают и слышат друг друга. Мне хотелось показать индивидуальность каждого, чтобы зритель, постепенно узнавая героев, понимал, что каждый все-таки неповторим — у каждого свой внутренний мир.

Насчет "слушать и слышать". Вы сохранили их местный говор. Редкий случай в нашем кинематографе…

Александр Золотухин: Конечно, это важно фиксировать. В том числе и поэтому мне интересно работать с непрофессиональными актерами или актерами, которые, как братья Журавлевы, только выпустились и не успели утратить характерные нюансы в говоре, пластике.

В названии "Мальчик русский" было заложено обобщение. В названии "Брат во всем" уже, кажется, библейское звучание.

Александр Золотухин: Я специально не закладывал каких-то библейских коннотаций, но отношения братьев — это действительно архетипическая тема, которая волнует людей издревле… Рабочее название новой картины было "Полет". И тоже в процессе работы поняли, что оно уже не соответствует внутреннему содержанию. Название должно, как обруч бочку, окольцовывать фильм. Но и давать подсказку зрителю, о чем кино. В английской версии, кстати, название звучит точнее — "Брат в каждом дюйме". То есть брат, который в каждой клеточке другого брата, в любом проявлении — любви и ревности, соперничестве и привязанности. Во всем.

Но командир-инструктор в фильме говорит им: "В самолете только одно место".

Александр Золотухин: Да, и в этом трагизм отношений героев. Военная среда подталкивает к тому, чтобы каждый стал отдельным. В фильме ситуация, когда близнецы не могут друг без друга жить и развиваться… Известно, что конфликты часто возникают на фоне агрессии, неприязни — но драматизм может возникнуть и от привязанности, перерастающей в зависимость… Еще одна волнующая меня тема — тема ответственности человека перед разрушительной силой военных технологий. Самолет не только красивая мечта и абсолютная свобода, но и мощное оружие. Перед военным летчиком неизбежно встает вопрос ответственности и морального выбора: он должен в случае приказа нажать на кнопку. И каждый, кто хочет стать военным летчиком, должен это понимать.

Кстати

В российский прокат "Брат во всем" выйдет 3 марта.